Неточные совпадения
От хладного разврата света
Еще увянуть не успев,
Его душа была согрета
Приветом друга, лаской дев;
Он сердцем милый был невежда,
Его лелеяла надежда,
И мира новый блеск и шум
Еще пленяли юный ум.
Он забавлял мечтою сладкой
Сомненья сердца своего;
Цель жизни нашей для него
Была заманчивой загадкой,
Над ней он
голову ломалИ чудеса подозревал.
…Он бежит подле лошадки, он забегает вперед, он видит, как ее секут по глазам, по самым глазам! Он плачет. Сердце в нем поднимается, слезы текут. Один из секущих задевает его по лицу; он не чувствует, он
ломает свои руки, кричит, бросается к седому старику с седою бородой, который качает
головой и осуждает все это. Одна баба берет его за руку и хочет увесть; но он вырывается и опять бежит к лошадке. Та уже при последних усилиях, но еще раз начинает лягаться.
Глаза его горели лихорадочным огнем. Он почти начинал бредить; беспокойная улыбка бродила на его губах. Сквозь возбужденное состояние духа уже проглядывало страшное бессилие. Соня поняла, как он мучается. У ней тоже
голова начинала кружиться. И странно он так говорил: как будто и понятно что-то, но… «но как же! Как же! О господи!» И она
ломала руки в отчаянии.
Мешается; то тревожится, как маленькая, о том, чтобы завтра все прилично было, закуски были и всё… то руки
ломает, кровью харкает, плачет, вдруг стучать начнет
головой об стену, как в отчаянии.
Вертит его со всех сторон
И
голову свою
ломает...
Старик Обломов как принял имение от отца, так передал его и сыну. Он хотя и жил весь век в деревне, но не мудрил, не
ломал себе
головы над разными затеями, как это делают нынешние: как бы там открыть какие-нибудь новые источники производительности земель или распространять и усиливать старые и т. п. Как и чем засевались поля при дедушке, какие были пути сбыта полевых продуктов тогда, такие остались и при нем.
Сегодня Мехмет-Али послал корабль в Константинополь, и он
ломает себе
голову: зачем?
Варенька в шляпе и с зонтиком в руках сидела у стола, рассматривая пружину, которую
сломала Кити. Она подняла
голову.
Народ, доктор и фельдшер, офицеры его полка, бежали к нему. К своему несчастию, он чувствовал, что был цел и невредим. Лошадь
сломала себе спину, и решено было ее пристрелить. Вронский не мог отвечать на вопросы, не мог говорить ни с кем. Он повернулся и, не подняв соскочившей с
головы фуражки, пошел прочь от гипподрома, сам не зная куда. Он чувствовал себя несчастным. В первый раз в жизни он испытал самое тяжелое несчастие, несчастие неисправимое и такое, в котором виною сам.
— О прошлом вспоминать незачем, — возразил Базаров, — а что касается до будущего, то о нем тоже не стоит
голову ломать, потому что я намерен немедленно улизнуть. Дайте я вам перевяжу теперь ногу; рана ваша — не опасная, а все лучше остановить кровь. Но сперва необходимо этого смертного привести в чувство.
Аркадий сказал правду: Павел Петрович не раз помогал своему брату; не раз, видя, как он бился и
ломал себе
голову, придумывая, как бы извернуться, Павел Петрович медленно подходил к окну и, засунув руки в карманы, бормотал сквозь зубы: «Mais je puis vous donner de l'argent», [Но я могу дать тебе денег (фр.).] — и давал ему денег; но в этот день у него самого ничего не было, и он предпочел удалиться.
— Он очень не любит студентов, повар. Доказывал мне, что их надо ссылать в Сибирь, а не в солдаты. «Солдатам, говорит, они мозги
ломать станут: в бога — не верьте, царскую фамилию — не уважайте. У них, говорит, в
головах шум, а они думают — ум».
— Ну, так что? — спросил Иноков, не поднимая
головы. — Достоевский тоже включен в прогресс и в действительность. Мерзостная штука действительность, — вздохнул он, пытаясь загнуть ногу к животу, и, наконец,
сломал ее. — Отскакивают от нее люди — вы замечаете это? Отлетают в сторону.
— Крэйтон все упражняется в правописании на русском языке.
Сломал ногу, а ударило в
голову. Сватается ко мне.
Я старался бить ее в те места, где ей больнее,
сломал хлыст и остатком хлыста стал бить по
голове. Но Воронок все не хотел скакать. Тогда я поворотил назад, подъехал к дядьке и попросил хлыстика покрепче. Но дядька сказал мне...
Н.В. Гоголя.)] узенькая, беспрестанно вертевшаяся и нюхавшая все, что ни попадалось, мордочка оканчивалась, как и у наших свиней, кругленьким пятачком, ноги были так тонки, что если бы такие имел яресковский
голова, то он
переломал бы их в первом козачке.
Минуту спустя дверь отворилась, и вошел, или, лучше сказать, влез толстый человек в зеленом сюртуке.
Голова его неподвижно покоилась на короткой шее, казавшейся еще толще от двухэтажного подбородка. Казалось, и с виду он принадлежал к числу тех людей, которые не
ломали никогда
головы над пустяками и которых вся жизнь катилась по маслу.
Понимаю же я теперешнюю разницу: ведь я все-таки пред вами преступник сижу, как, стало быть, в высшей степени неровня, а вам поручено меня наблюдать: не погладите же вы меня по головке за Григория, нельзя же в самом деле безнаказанно
головы ломать старикам, ведь упрячете же вы меня за него по суду, ну на полгода, ну на год в смирительный, не знаю, как там у вас присудят, хотя и без лишения прав, ведь без лишения прав, прокурор?
А коль осудите — сам
сломаю над
головой моей шпагу, а
сломав, поцелую обломки!
— А как мы приехали с ним в номер, я хотела уходить, а он ударил меня по
голове и гребень
сломал. Я рассердилась, хотела уехать. Он взял перстень с пальца и подарил мне, чтобы я не уезжала, — сказала она.
Везли его из тюрьмы главными улицами через Красную площадь за Москву-реку, на Конную, где еще в шестидесятых годах наказывали преступников на эшафоте плетьми, а если он дворянин, то палач в красной рубахе
ломал шпагу над
головой, лишая его этим чинов, орденов и звания дворянского.
Прудон, конечно, виноват, поставив в своих «Противоречиях» эпиграфом: «Destruam et aedificabo»; [«Разрушу и воздвигну» (лат.).] сила его не в создании, а в критике существующего. Но эту ошибку делали спокон века все, ломавшие старое: человеку одно разрушение противно; когда он принимается
ломать, какой-нибудь идеал будущей постройки невольно бродит в его
голове, хотя иной раз это песня каменщика, разбирающего стену.
— Ежели вы можете мне объяснить, что все это значит, вы меня очень обяжете, я
ломаю себе
голову и никак не понимаю, куда ведут ваши слова или на что намекают.
Лариса Дмитриевна, давно прошедшая этими «задами» пантеизма, сбивала его и, улыбаясь, показывала мне на него глазами. Она, разумеется, была правее его, и я добросовестно
ломал себе
голову и досадовал, когда мой доктор торжественно смеялся. Споры эти занимали меня до того, что я с новым ожесточением принялся за Гегеля. Мученье моей неуверенности недолго продолжалось, истина мелькнула перед глазами и стала становиться яснее и яснее; я склонился на сторону моей противницы, но не так, как она хотела.
Он всё не знал, куда их девать,
ломал себе над ними
голову, дрожал от страха, что их украдут, и наконец будто бы решил закопать их в землю.
Ломали лесники
головы над скороспелым богатством Данилы, не могли додуматься, отколе взялось оно.
— То и говорю, что высоко камешки кидаешь, — ответил Артемий. — Тут вашему брату не то что руки-ноги
переломают, а пожалуй, в город на ставку свезут. Забыл аль нет, что Паранькин дядя в
головах сидит? — сказал Артемий.
— То-то и есть, Василий Борисыч, что они не захотят, да и мы не пожелаем
головы своим
ломать, — нахмурясь, сказала Манефа.
Она
сломала длинную ветку, положила ее к себе на плечо, как ружье, повязала себе
голову шарфом.
В дерзновении веры человек как бы бросается в пропасть, рискует или
сломать себе
голову, или все приобрести.
После пятилетнего ожидания я наконец получил в больнице жалованье в семьдесят пять рублей; на него и на неверный доход с частной практики я должен жить с женой и двумя детьми; вопросы о зимнем пальто, о покупке дров и найме няни — для меня тяжелые вопросы, из-за которых приходится мучительно
ломать себе
голову и бегать по ссудным кассам.
Когда, усталый и разбитый, я возвращался домой после бессонного дежурства и
ломал себе
голову, чего бы попитательнее купить себе на восемь копеек для обеда, меня охватывали злоба и отчаяние: неужели за весь свой труд я не имею права быть хоть сытым?
Долго мучило меня любопытство, долго
ломал я
голову: чего мать терпеть не может?
Доктор обещался прийти. Целый день он
ломал себе
голову, отыскивая причину этого приглашения и путаясь в разных догадках. Райнера тоже это занимало.
Утром Петр Иваныч привез племянника в департамент, и пока сам он говорил с своим приятелем — начальником отделения, Александр знакомился с этим новым для него миром. Он еще мечтал все о проектах и
ломал себе
голову над тем, какой государственный вопрос предложат ему решить, между тем все стоял и смотрел.
Тот пододвинул осужденного несколько ближе к столбу, поднял над
головой его шпагу и,
сломав ее, бросил на подмостки эшафота, причем уничтоженное оружие чести сильно звякнуло.
Ее спокойная, плавная речь действовала магически на расшатанные нервы, ее логические доводы были неотразимы, а ее практический ум всегда находил выход из неприятно сложившихся обстоятельств, выход такой простой и возможный, что люди, которым давала свои советы Погорелова, подчас долго
ломали себе
голову, почему такая простая мысль не появилась ранее у них.
— Да что, братцы,
ломайте, — что это вы затеяли! — произнес вдруг
голова, откуда-то появившийся и заметивший, что толпа начинала уже немного сдаваться.
— Говорил уж я им, — отвечал за всех
голова, —
сломаем завтра, а сегодняшний день просят, не позволите ли вы еще разок совершить в ней общественное молитвословие?
—
Ломайте, братцы, — проговорил за ним и
голова.
— Погодите маненько, ваше высокородие, — остановил его
голова, — народ сильно оченно тронулся от этого!.. Бунтуют!.. «Это, говорят, все божеское наказание на нас, что слушаемся мы!» — не хотят теперь и моленной вовсе
ломать!
Тщетно она
ломала себе
голову, как бы и куда от него уехать.
—
Ломать теперь надо, — сказал
голова, и тон голоса его был грустен, а черные глаза его наполнились слезами.
— Братцы! — начал Вихров сколько мог громким голосом. — Состоялось решение
сломать вашу моленную — вот оно!.. Прочти его народу! — И он подал бумагу
голове.
— Послушайте, братцы, — произнес Вихров, переставая работать и несколько приходя в себя от ударившей его горячки в
голову, — я должен буду составить протокол, что я
ломал все сам и что вы мне не повиновались; к вам опять пришлют войско на постой, уверяю вас!
— Зачем
голову ломать, бог даст, доедем и так, — отвечал кучер.
— Мама, мама, милая ма, вы не пугайтесь, если я в самом деле обе ноги
сломаю; со мной это так может случиться, сами же говорите, что я каждый день скачу верхом сломя
голову. Маврикий Николаевич, будете меня водить хромую? — захохотала она опять. — Если это случится, я никому не дам себя водить, кроме вас, смело рассчитывайте. Ну, положим, что я только одну ногу
сломаю… Ну будьте же любезны, скажите, что почтете за счастье.
Конечно, у нее еще был выход: отдать себя под покровительство волостного писаря, Дрозда или другого влиятельного лица, но она с ужасом останавливалась перед этой перспективой и в безвыходном отчаянии металась по комнате,
ломала себе руки и билась о стену
головой. Этим начинался ее день и этим кончался. Ночью она видела страшные сны.
Простой народ не ест давленой птицы; но в городах мало об этом заботятся, да где и когда разглядывать, стреляные рябчики или удавленные привозятся на рынок? Притом для продажи им
ломают крылья и прокалывают
головы пером, чтоб они казались подстреленными и приколотыми.
«Где же выход из этого положения? Что делать? Что делать?» —
ломал себе
голову князь.